Давалось понять, что стреляли охранники в непонятных нападавших с фатальными для последних итогами. Обозреватель ссылался на возможную причастность неизвестных террористов в одном случае и студента-психопата в другом, но явно чувствовался недостаток информации. Лезть по другим ресурсам мне стало лениво и неинтересно. А свой пожилой японский телек я еще при царе Владимире Владимировиче Горохе выкинул на помойку на радость бомжам. Как сейчас помню, в тот день меня лишили премии за какие-то грехи, а я с горя, периодически прикладываясь к бутылке, посмотрел убойный коктейль из 'Дома-2, 'Пусть говорят', рекламы и местных прогубернаторских новостей. Да, я выдержал эту бесчеловечную пытку из каких-то мазохистских побуждений. Но с тех пор моя вера в торжество человеческого разума и добра над злом совершенно иссякла.

А что мы имеем в сухом остатке? Да, что-то в горле пересохло совсем. Щас исправим. Версия с эпидемией из Андрюхиного мейла — раз. Вспышки насилия — два. Медицинские учреждения — три. Странное поведение отдельных граждан сегодня вечером — четыре. Кто-то что-то знает. Не может быть, чтобы никто ничего не знал. Чтобы принять сложившуюся обстановку как данное, пришлось немножко 'разогнать процессор'. То есть принять еще порцию менструально-монструозной, но очень желанной 'Мэри'.

Так уж получилось, что с недавних пор кроме Семеныча близких людей у меня не осталось. Размышляя над вариантами развития событий, поддатый отщепенец негодовал сам на себя и свое затворничество в четырех стенах с выходом во всемирную паутину и на работу. Звонить кому-либо из коллег или просто знакомых и обсуждать явно бредовую тему — не лучшая идея. Пролистав записную книжку телефона, я наткнулся на некоего Стаса Субботина, в прошлом однокашника с ореолом весьма непростого чела. Еще в школе выдавался на голову выше других во всех отношениях. Сколь было настоящего, а сколько напускного я до сих пор не разобрался. Зато насмотрелся таких типажей по всей Руси, а особенно в столице их немало. И всегда от таких знакомцев бегал, стараясь, лишний раз на их фоне не отсвечивать. Очевидно по причине своей бесконечной ущербности… Но вот не так давно с ним пересеклись. В аэропорту. Чувак процветал и не скрывал этого. В качестве одолжения продиктовал номер и разрешил 'обращаться, если что'.